Что означает слово чатлах на грузинском
11 фраз, которые вам понадобятся в Грузии 3
Приезжая в страну многие туристы учат Привет-пока-почем. И это очень правильно. Но для Грузии свой словарь надо чуть-чуть углУбить )) Как человек, всю жизнь проживший здесь позволю дать вам список необходимого ) Заучите, и будет вам счастье.
1) Эпическое международное «Гамарджоба»! 🙂 Это «здравствуйте». Знают наверно все и со времен советского союза. При этом слове начинают улыбаться все грузины и скидывать цены на 20 копеек 🙂 (Д и Ж старайтесь говорить одним звуком – как первая «дж» в слове Georgia, или как буква j в английском слове jam. В грузинском это один звук)
3) Мадлоба – «спасибо». Культура – она горы сдвигает, как и в любой стране.
4) Ра гирс – «сколько стоит». Выучите обязательно, этой фразой вы можете обвести пальцем продавца, который может принять вас за русского коренного жителя Грузии, но плохо говорящего на грузинском с сильным русским акцентом, такое бывает. И вам не взвинтят цену, как обычному туристу 🙂
7) Сакартвелос гаумарджос! – Да здравствует Грузия! Это как пароль, как объяснение в любви всей стране. «Сакартвело» переводится как «Грузия», самоназвание страны.
9) Генацвале – непереводимая игра слов местного диалекта 🙂 Сколько умов полегло при попытке перевести это заклинание. Как только не интерпретировали это слово – и сударь, и дорогой, и любимый, и друг – и это все правда, это все вместе.) Когда вам это говорят, вами в этот момент восхищаются.
11) Ме шен миквархар – я тебя люблю. Ну это на всякий случай, мало ли 🙂
Что означает слово чатлах на грузинском
Войти
Авторизуясь в LiveJournal с помощью стороннего сервиса вы принимаете условия Пользовательского соглашения LiveJournal
Русско-тбилисский разговорный. Тбилисские дворы.
«»
Часть 1.
Но русские слова и выражения часто приобретали странное звучание. На базаре говорили не “обманщик”, а “адманщик”, не “упаду”, а “упайду”, не “обморок”, а “оморок”, не “аферист”, а “афёр”. Говорили не “боится его”, а “боится от него”.
В воздухе порхали фразы и словечки из анекдотов. Кто из тбилисцев не знает выражений “ушки-мушки не знаю”, “где Кура, где мой дом”, “в Авлабар через Америку”?
Были и предметы, название которых только на этом наречии и существовали. Например, «куртан»– что-то вроде подушки, надевавшейся на спину на ремнях, как рюкзак грузчиками-курдами, чтобы удобнее было носить поклажу. Эти приспособления, однако, были признаны вредными с медицинской точки зрения, запрещены и навсегда исчезли, как некогда исчезли динозавры.
Разные события происходили с жителями нашего двора. Андрей двадцатилетним по глупости и статье “хулиганство” на три года сел в тюрьму. Отсидел от звонка до звонка. В день, когда его освобождали, родственники поехали на двух нанятых автомобилях встречать. Встретили, поехали. Когда остановились на перекрестке, чтобы пропустить трамвай, парень вдруг выскочил из машины, бросился на колени и сунул кисть правой руки под колеса заднего вагона.
— Мальчик мой, зачем? – закричал его отец.
Инга с юных лет отличалась необузданным темпераментом. Ее многочисленные романы неизменно сопровождались жестокими конфликтами. Однажды она плеснула любовнику в лицо кислоту из пузырька. По счастью, тот успел отвернуться и сохранил глаза, но девчонку все равно судили. На суд ходил весь двор. Инга на суде вела себя плохо, всем хамила, дерзила судье и заседателям. Присудили ей пять лет, отправили в лагерь в Сибирь, и больше она не вернулась. Пришли только раз-другой смутные слухи, что она и в лагере не могла жить мирно, ей добавляли срока и кончила она как-то нехорошо.
В то время вокруг происходило много и трагического, и страшного. Исчезали люди “без права переписки”, других увозили в тмутаракань теплушки, многие бедствовали, недоедали. Но (этот феномен отмечен многими, хотя трудно найти ему объяснение) смеялись, шутили, разыгрывали друг друга больше и азартнее, чем в последующие времена. Вспоминается охотнее веселое, забавное, а прошлые печали – ну что их ворошить…
На том же этаже жил спокойный и приветливый молодой человек Лева с женой и маленькой дочерью. В начале лета он нанимал грузовик, загружал его необходимым, сажал своих девочек и отвозил на дачу в Манглиси. Двор приходил в некоторое возбуждение и ожидал его возвращения, предвкушая традиционное интересное событие. И Левик не обманывал ожиданий – приводил «бабу». Соседки утверждали, что каждый раз новую. Так и невыясненным остается, сдавали ли они бонвивана законной супруге или нет.
На первом этаже в углу занимало странные помещения семейство дворника Иосифа. Его зять Омари любил спать во дворе на раскладушке. При себе он имел бочонок с вином, просыпаясь под утро, ходил в уборную, а потом поднимал бочонок и без всяких глупостей прямо ртом ловил льющуюся струю.
Сухощавый интересный мужчина с проседью, Сергей и его жена – знойная, тоже интересная женщина цыганского типа совершали гастроли на рынках и в магазинах, только не в нашем городе, а на курортах. Однажды случайно довелось увидеть их за работой в Кисловодске. Суть их “номера” заключалась в том, чтобы получить сдачу с крупной купюры, которую они на самом деле продавцу не давали. Конечно, это требовало и актерского мастерства, и каких-то психологических способностей и постоянной готовности к бою.
Часть2. Дворовые адаты.
Часть 3. Ругательный фольклор.
Надо сказать, что в тогдашнем общепринятом понимании чувствительная к оскорблениям зона начиналась где-то у границы сексуальных отношений. И чем глубже туда, тем хуже. С этих позиций готверан (или, как считают некоторые, точнее гётверан) уже попадает в пространство рискованное.
Тонкая разница, восходящая к средневековым восточным, а то и античным понятиям, отделяла двусмысленности от грубой определенности обвинения в мужеложестве. Увы, не было тогда никакой политкорректности по отношению к ныне понимаемой и уважаемой ориентации. Педерастом обзывали как оскорбительным ругательством. Соответственно, и относились, между прочим. А что вы хотите, если тон задавало государство, которое таких людей сажало и старалось вычеркнуть из культурной жизни даже таких интеллигентнейших и блестяще образованных людей, как Тузик, Люлю и даже великий мэтр, имени которого произносить в данном контексте не хочется. Из песни слова не выкинешь – им вслед за пинками от властей приходилось сносить много неприятного и от людей.
Однажды, сидя перед открытым окном на своей галерее второго этажа, довелось мне заслушаться тем, как дворовый бомж Ванек ругал свою подругу Марию. Уж какие он выдавал матерные фиоритуры – любо-дорого. А в конце сказал: “Пидарас ты, а не баба!”. На что женщина, слушавшая до тех пор равнодушно, выпрямилась во весь рост и произнесла зловеще: “Ну, Ваня, этого я тебе в жизни не прощу!”.