Что относится к аду
Что Церковь говорит об аде?
Когда возникли образы ада со сковородками и райских кущ? Являются ли такие представления догматом для христиан? Кратко объясняем в Слайдах.
Ад — что это?
Ад — это единственное место, где человек находится вне благодатного присутствия Божия. В Евангелиях говорится об аде, как о месте, где будет плач и скрежет зубов (Мф 25:46). Еще в аду грешники будут мучиться от адского пламени: И не бойтесь убивающих тело, души же не могущих убить; а бойтесь более Того, Кто может и душу и тело погубить в геенне (Мф 10:28). Церковь учит, что адский огонь или адский холод — это образы, а не реальные физические явления.
Существует представление, что ад — это место со сковородками и котлами. Так ли это?
Что мучает людей в аду?
В первую очередь, разрыв с Богом — это само по себе страшное мучение. Ещё — постоянное нахождение рядом с сатаной, бесами, другими грешниками, говоря современным языком, «атмосфера ненависти».
У старца Паисия Афонского есть хороший образ адских мук. Люди сидят за роскошным столом, на котором полно вкусной еды и напитков. Перед каждым человеком лежит очень-очень длинная ложка, поэтому люди не могут есть сами.
В аду никто из окружающих не помогает человеку, и он мучается от голода, а в раю праведники за таким же столом кормят друг друга.
Ад — это полное отсутствие любви, заботы, поддержки, дружбы, вечное одиночество и боль, которые усиливаются от осознания того, что человек сам лишил себя рая и его блаженств.
Сатана мучается в аду или ему там хорошо?
Сатане в аду тоже плохо. Это место постоянно напоминает ему о том, что он проиграл Богу. Здесь он вечно завидует Богу и его ангелам, вспоминая свою неудачную попытку встать на место Бога. Он стремится к бесконечному противлению Богу, т. е. к самоуничтожению и уничтожению всего живого. Это бесконечный процесс, мучительный и бессмысленный, потому что сатана и бесы — это бесплотные духи, неуничтожимые сущности.
Ад не принадлежит бесам и сатане, они не хозяева этого «места», там все равно есть Бог, и они испытывают от этого страшные муки, и это будет продолжаться вечно. Представление о том, что сатана — главный мучитель в аду, возникло в Средние века, чтобы подчеркнуть важную мысль, что дьявол и бесы — страшные противники, и победить их можно только с помощью Христа.
Кто создал ад?
Сатана сам создал себе ад после своего падения. Ад появился после того, как сатана поднял восстание. Он был первым и самым могущественным ангелом, но решил стать Богом. Часть ангелов поддержали своего предводителя.
После окончания бунта и поражения от архангела Михаила — «полководца», который возглавил борьбу с бесами, падшие ангелы вместе с сатаной попали в ад.
Вот как об этом говорит в Ветхом Завете пророк Исаия: В преисподнюю низвержена гордыня твоя со всем шумом твоим; под тобою подстилается червъ, и черви — покров твой. Как упал ты с неба, денница, сын зари! разбился о землю, попиравший народы. А говорил в сердце своем: «взойду на небо, выше звезд Божиих вознесу престол мой и сяду на горе в сонме богов, на краю севера; взойду на высоты облачные, буду подобен Всевышнему». Но ты низвержен в ад, в глубины преисподней (Ис 14:9-15).
Кто точно попадет в ад?
Точный список обитателей ада заканчивается на сатане и бесах.
Во всех остальных случаях можно лишь предполагать с большей или меньшей долей вероятности.
Обычно в ад еще помещают Иуду-предателя, известных библейских злодеев, таких как царь Ирод.
Живой человек не может знать на сто процентов о том, где находятся умершие. Даже самый страшный злодей может раскаяться в последний миг своей жизни, о чем до Страшного суда будет знать только Бог.
В аду все мучаются одинаково?
Есть представление о том, что чем больше человек сделал зла при жизни, тем больше он мучается после смерти. Иногда оно основывается на словах Евангелия: Раб же тот, который знал волю господина своего, и не был готов, и не делал по воле его, бит будет много; а который не знал, и сделал достойное наказания, бит будет меньше (Лк 12:47-48). В Средние века использовали образ огненного озера, где одни грешники были не видны совсем, другие — стояли в пламени по шею, третьи — по пояс и так далее.
Впрочем, до конца ответить на вопросы, связанные с посмертной участью человека, невозможно.
Можно ли выбраться из ада?
Самостоятельно — нет, но молитвы живых людей и заступничество Церкви может помочь умершему избавиться от мук после Страшного суда. Поучению Церкви, после смерти человека ожидает два суда. Первый — частный, который по преданию происходит до сорокового дня после кончины. Но наши близкие и после смерти сохраняют связь с нами и с Церковью. Поэтому так важны разные формы церковного поминовения усопших, молитвы живых, раздача милостыни с просьбой помолиться о душе покойного. Это та связь, которая позволяет человеку измениться даже после смерти и надеяться на оправдание во время Страшного суда, который произойдет во время Второго пришествия Христа, когда определяется уже окончательная судьба людей.
Откуда взялся ад и какова природа адских мучений?
Если Бог есть Любовь, почему Он так жестоко наказывает грешников? Что такое – геенна огненная? Откуда взялся ад и какова природа адских мучений? Святые Отцы ответили на такие вопросы еще полтора тысячелетия назад, но знаем ли мы сегодня эти ответы?
«Я с вечностью пребуду наравне. Входящие, оставьте упованье…»
«Я с вечностью пребуду наравне. Входящие, оставьте упованье…» В «Божественной комедии» Данте эти слова написаны над входом в ад. А само описание ада, которое итальянский автор эпохи Возрождения дал в своей поэме, на несколько веков стало хрестоматийным для всей европейской культуры. По Данте, ад – это обширное пространство, специально оборудованное для мучения попавших туда грешников. И чем тяжелее грехи умершего человека, тем более ужасным страданиям подвергается его душа в аду после смерти.
Вообще, идея посмертного воздаяния за совершенное зло существует практически у всех народов. Несмотря на множество и разнообразие религиозных верований в нашем мире, едва ли среди них можно найти такое, которое отрицало бы мысль о наказании грешников в загробном мире. И христианская религия не является исключением из общего правила, она тоже утверждает, что совершающие грех люди будут мучиться в аду.
И вдруг этот добрый Бог обещает непокаявшимся грешникам такие загробные муки, о которых в еврейском религиозном сознании до Христа не было даже представления. В ветхозаветном понимании, души умерших людей шли в шеол, место бессознательного пребывания, страну вечного беспробудного сна. Но Христос совершенно определенно говорит: души праведников идут в Царство Божие, души грешников – в геенну огненную, где червь их не умирает и огонь не угасает. Образ ада как – огненного наказания за грехи, места вечного мучения, геенны – появляется именно в христианском вероучении.
Как это понимать? Получается, что Христос, Который плакал от сострадания чужому горю, Который и на кресте молился о прощении Своих мучителей; Христос, не осудивший ни одного грешника (с огромным множеством которых Он общался в земной Своей жизни), вдруг резко меняет отношение к ним после их смерти? Неужели Христос любит людей, лишь пока они живы, а когда они умрут, Он из любящего и заботливого Бога превращается для них в безжалостного и неумолимого судью, более того – в палача и карателя? Конечно, можно сказать, что речь тут идет о грешниках, которые сами заслужили свое наказание. Но Христос учил своих учеников не воздавать злом за зло. Выходит, что сказано это было лишь для людей, а сам Бог за содеянное зло воздает грешникам таким жутким страданием, что страшно об этом даже думать? За несколько десятилетий грешной жизни – вечное мучение… Но почему же тогда христиане утверждают, что Бог есть – Любовь?
Такие вопросы возникают у многих. Но верующим людям проще разрешить свои недоумения. Тому, кто обращался с молитвой ко Христу и хоть раз в своей жизни ощутил ответное прикосновение Руки Божией, больше не нужны никакие объяснения. Верующий человек знает, что Бог есть Любовь уже из своего опыта общения с этим Богом. А вот для невоцерковленного человека вопрос о вечном наказании за грехи, имеющие окончание, нередко становится серьезным препятствием в понимании христианства.
Христос действительно говорил о геенне огненной. Но что такое геенна и почему она – огненная? Откуда взялось это слово и что оно означает? Не разобравшись в этом, просто невозможно правильно понять слова Христа о посмертной участи нераскаявшихся грешников.
Духовная помойка язычества
Читая Евангелие, нетрудно убедиться в том, что Христос не употреблял в своей проповеди богословские и философские термины. Говоря о Царстве Небесном с рыбаками и виноградарями, Он использовал образы, понятные и близкие простым людям, населявшим тогда Иудею. Язык Евангелия – это иносказание, притча, за которой стоит духовная реальность. И относиться к Евангельским метафорам как к прямому описанию этой реальности было бы, по меньшей мере, наивно. Читая притчу, в которой Господь уподобляет Царство Божие горчичному зерну, из которого вырастает дерево, вряд ли кто-нибудь всерьез озадачит себя проблемой – а сколько на этом дереве было веток, и какой породы птиц имел в виду Христос? Но в рассуждениях о геенне современный читатель Евангелия почему-то склонен понимать слова Христа буквально. А между тем, в Евангельские времена любой иудей знал, что такое геенна и где она находится.
Ге-Еннон по-еврейски значит – долина Енномова. Она начиналась прямо за городской стеной Иерусалима. Это было мрачное место, связанное для евреев с самыми ужасными и омерзительными воспоминаниями. Дело в том, что после заключения Завета с Богом израильский народ многократно нарушал этот Завет, уклоняясь в язычество. И долина Енномова была местом поклонения Молоху и Астарте, культы которых сопровождались противоестественными развратными оргиями с храмовой проституцией, жрецами-кастратами и человеческими жертвоприношениями. Там были сооружены тофеты (с финикийского буквально: места сожжения людей) и совершались самые отвратительные и жестокие ритуалы, которые только существовали в древнем язычестве. На раскаленные руки идола Молоха бросали младенцев, и они скатывались в огненное нутро истукана. А в капищах Астарты девы приносили ей в жертву свою невинность. Из долины Енномовой этот ужас расползался по всей Иудее. Даже в Иерусалимском храме царь Манассия установил идола Астарты. Такое беззаконие не могло продолжаться бесконечно, и пророк Иеремия, собрав вокруг себя иудейских старейшин, именно в Ге-Енноне предрек народу Израиля падение Иерусалимского царства за отступление от Бога Истинного.
В VI веке до Рождества Христова вавилонский царь Навуходоносор завоевал Иудею, разрушил Иерусалим, разграбил и сжег Храм. Тогда же была навсегда утрачена величайшая святыня еврейского народа – ковчег Завета. Тысячи еврейских семей были угнаны в Вавилон. Так духовный разврат, средоточием которого была долина Енномова, кончился для иудеев эпохой Вавилонского пленения.
Когда евреи вернулись из плена на родную землю, Ге-Енна стала для них местом, вызывавшим ужас и отвращение. Сюда начали свозить мусор и нечистоты со всего Иерусалима, а для предупреждения заражения здесь постоянно поддерживался огонь. Ге-Еннон превратился в городскую свалку, на которую выбрасывали также и трупы казненных преступников.
Долина Енномова стала у евреев символом гибели язычества и разврата. Смрад и никогда не потухающий на свалке огонь царили там, откуда некогда разливалась духовная зараза, погубившая Израиль во времена Навуходоносора.
Ге-енна была для иудеев частью их быта, такой же понятной, как и сжигание плевел после обмолачивания зерна. Христос употреблял эти образы, чтобы слушающие Его люди как можно глубже прониклись мыслью о гибельности греха. Слова же о неугасающем огне и неумирающем черве – буквальная цитата последнего стиха книги пророка Исайи, также прекрасно знакомой иудеям. И там эти слова относятся не к душам умерших грешников, а к трупам врагов Божиих.
За всеми этими страшными символами, безусловно, стоит не менее страшная духовная реальность. Нам, к счастью, невозможно постичь ее до конца, поскольку полностью эта реальность открывается лишь нераскаянным грешникам после смерти. Но хотя бы отчасти понять причины адских страданий можно, ознакомившись с учением о страстях, которое было составлено Святыми Отцами Восточной Православной Церкви.
Взбесившийся ротвейлер
Подобным образом действует страсть – некое свойство человеческой души, которое изначально было полезным и нужным. Но, неправильно употребляемое человеком, это свойство изменилось, сделавшись для него опасным и злым врагом.
Церковь учит, что человек – удивительное существо, единственное творение, которое Бог создал по Образу и Подобию Своему, вложив в него разум и творческое начало. Но человек был создан не для блаженного безделья. Смыслом его существования должно было стать радостное сотворчество со своим Создателем. Получив от Бога власть над материальным миром, он должен был хранить и возделывать Райский сад, а впоследствии, размножаясь и наполняя лицо Земли, превратить в Рай всю Вселенную. Для этой высокой цели Бог наделил человеческую природу колоссальным творческим потенциалом, огромным количеством различных сил, свойств и способностей, употребив которые на исполнение воли Божией о себе, человек стал бы настоящим царем сотворенного мира. Но Бог создал его не подобием автомата, жестко запрограммированного на выполнение этого плана. Такое сотворчество могло быть реализовано лишь в свободном союзе взаимной любви и доверия двух личностей – Бога и человека. А где нет свободы, там не может быть и любви. Иначе говоря, человек был свободен в выборе – следовать воле любящего его Бога, или нарушить ее. И человек не устоял в этой свободе…
Испорченный дар
Так и грех извратил все свойства человеческой души. Вместо осознания себя – образом Божиим, человек приобрел самолюбование, гордыню и тщеславие, любовь превратилась в похотливость, способность восхищаться красотой и величием творения – в зависть и ненависть… Все способности, которыми Господь так щедро одарил человека, тот стал использовать вопреки их предназначению. Так в мир вошло зло, так появились страдания и болезни. Ведь болезнь – это нарушение нормального функционирования какого-либо органа. А в результате грехопадения все человеческое естество оказалось расстроенным и начало жестоко страдать от этого расстройства.
Совершая любой грех, человек нарушает волю Божию и заставляет свое естество работать не так, как оно было задумано Богом. Если же этот грех становится для человека источником удовольствия и он совершает его снова и снова, в нем происходит перерождение естественных свойств, употребленных для греховных радостей. Эти свойства выходят из-под контроля человеческой воли, становятся неуправляемыми и требуют от несчастного человека все новых и новых порций греха. И даже если потом, увидев, что это – путь к гибели, он захочет остановиться, сделать это будет очень непросто. Страсть, как взбесившийся ротвейлер, будет тащить его от греха к греху, а при попытке остановиться покажет клыки и станет безжалостно терзать свою жертву. Это действие страстей легко можно проследить в трагической судьбе наркоманов и алкоголиков. Но наивно было бы думать, будто ненависть, блуд, зависть, гнев, уныние и т.п. – менее разрушительны для человека, чем непреодолимая тяга к водке или героину. Все страсти действуют одинаково страшно, так как имеют общий источник – искалеченную грехом человеческую природу.
Огонь, страшней огня
Страдания, которые неудовлетворенная страсть причиняет человеку, очень напоминают действие огня на человеческое тело. Не случайно Святые Отцы, говоря о страстях, постоянно употребляли образы пламени, жжения, горящих углей, и т.п. Да и в нецерковной, светской культуре не нашлось лучшего определения для страстей. Тут и «воспылать страстью», и «сжигаемый страстями», и знаменитое лермонтовское: «…одна, но пламенная страсть», и популярный рекламный слоган: «Зажги огонь страсти…». Зажечь-то его легко, а вот потушить потом – невероятно трудно. Но люди почему-то очень легкомысленно относятся к этому огню, хотя все мы на собственном опыте знаем его действие. В одних он – тлеет, в других – горит, а кого-то – сжег дотла на наших глазах. Чтобы в этом убедиться, достаточно посмотреть хронику криминальных происшествий в любой газете.
…Женщина. Учительница. Из ревности облила соперницу серной кислотой.
…Другая женщина. Решив покончить с собой, выпила флакон уксусной эссенции. Ей спасли жизнь, но на всю жизнь она осталась инвалидом.
…Отец двоих детей. Директор учреждения. Очень добросовестный работник. За несколько месяцев просадил на игровых автоматах огромную сумму казенных денег. На суде сказал: «Когда я играл, я не владел собой…».
«Хотите ли, я объясню вам примером, что говорю вам? Пусть кто-нибудь из вас придет, и я затворю его в темную келлию, и пускай он, хотя только три дня, не ест, не пьет, не спит, ни с кем не беседует, не поет псалмов, не молится и отнюдь не вспоминает о Боге, – и тогда он узнает, что будут в нем делать страсти. Однако он еще здесь находится; во сколько же более по выходе души из тела, когда она предастся страстям и останется одна с ними, потерпит тогда она, несчастная?»
Страсти сравнивают с огнем, но это не совсем правильно. Потому что страсти гораздо страшнее огня. Огонь может мучить человека лишь непродолжительное время, потом срабатывает защитная реакция организма и человек теряет сознание. Потом умирает от болевого шока.
А вот когда огонь страсти терзает человека всю жизнь, а после смерти лишь многократно усиливается…
Тем и страшен грех, что рождает в душе человека страсти, которые после смерти станут для него неугасимым адским пламенем.
Ложь ада
«Был правдою мой Зодчий вдохновлен:
Я высшей силой, полнотой всезнанья
И первою любовью сотворен…
…Входящие, оставьте упованья».
Преподобный Антоний Великий: «…Бог не радуется и не гневается, ибо радость и гнев суть страсти. Нелепо думать, чтоб Божеству было хорошо или худо из-за дел человеческих. Бог благ и только благое творит, вредить же никому не вредит, пребывая всегда одинаковым; а мы когда бываем добры, то вступаем в общение с Богом, по сходству с Ним, а когда становимся злыми, то отделяемся от Бога, по несходству с Ним. Живя добродетельно, мы бываем Божиими, делаясь злыми, становимся отверженными от Него; а сие не то значит, чтобы Он гнев имел на нас, но то, что грехи наши не попускают Богу воссиять в нас, с демонами же мучителями соединяют. Если потом молитвами и благотворениями снискиваем мы разрешение в грехах, то это не то значит, что Бога мы ублажили и Его переменили, но что посредством таких действий и обращения нашего к Богу, уврачевав сущее в нас зло, опять соделываемся мы способными вкушать Божию благость; так что сказать: Бог отвращается от злых, есть то же, что сказать – солнце скрывается от лишенных зрения».
Преподобный Исаак Сирин: «Неуместна никому такая мысль, будто грешники лишаются в геенне любви Божией. Любовь дается всем вообще. Но любовь силой своей действует двояко: она мучает грешников и веселит собою исполнивших долг свой. И вот, по моему рассуждению, геенское мучение: оно есть – раскаяние».
«Говорю же, что мучимые в геенне поражаются бичом любви! И как горько и жестоко это мучение любви! Ибо ощутившие, что погрешили они против любви, терпят мучение большее всякого приводящего в страх мучения; печаль, поражающая сердце за грех против любви, страшнее всякого возможного наказания».
Как может мучить любовь, прекрасно показал Василий Шукшин в своем знаменитом фильме «Калина красная». Когда «завязавший» вор под чужим именем, спрятав глаза за солнцезащитные очки, явился к своей матери, которая не видела его больше двадцати лет. Своим образом жизни он ее просто предал, обрек на нищенское существование, на голодную одинокую старость. И вот, этот сын-вор по кличке «Горе» вдруг увидал, что мать по-прежнему любит его несмотря ни на что, и что она будет безмерно рада встретить и принять его даже таким, каким он стал за десятилетия воровской и лагерной жизни… И он не нашел в себе сил открыться. Герой Шукшина, рыдающий в голос и грызущий землю на бугре под березками – одна из самых сильных сцен в нашем кинематографе. Вот он – плач и скрежет зубов!
Каково же будет грешнику, всю жизнь своими грехами предававшему Христа, после смерти увидеть и испытать всепрощающую любовь Спасителя, претерпевшего за него столько страданий…
Спасительная сила «мелочей»
О посмертной участи человека можно строить предположения и рассуждать бесконечно. Николай Бердяев прямо писал что это «…предельная тайна, не поддающаяся рационализации». Но здесь есть очень важный момент, который не только возможно, но, наверное, просто необходимо понять любому человеку.
Бог есть – Любовь и Он не мстит грешникам. Это невозможно, так как, по слову Исаака Сирина, где любовь, там нет возмездия; а где возмездие, там нет любви. Страдания грешников не результат воздаяния за злые дела. Бог любит грешников всегда – и на земле, когда они калечат себя грехами; и в геенне, когда их искалеченные души мучаются, не имея возможности удовлетворить свои страсти. Но даже любящий и всемогущий Бог не может спасти человека, который не желает этого спасения. Протоиерей Сергий Булгаков писал: адские муки происходят от нехотения истины, ставшего уже законом жизни. Человек свободен в выборе – быть с Богом, или – быть без Бога. И Господь не отнимает у него этой свободы ни в земной жизни, ни после смерти.
И всем нам очень важно вовремя понять, что смысл нашего существования не в сумме заработанных денег, не в важности сделанных изобретений, не в красоте написанных картин и не в количестве прочитанных акафистов и положенных поклонов. Смысл в том, что всякий наш поступок, слово и даже всякая мысль оставляют следы в нашей душе, изменяя ее каждое мгновение нашей недолгой, в общем-то, жизни. И что бы люди ни делали в этой жизни, любое занятие ежесекундно сводится для них к простому выбору: либо человек борется со своими страстями и становится способным воспринимать любовь Божию как высшее благо; либо эти страсти развивает, взращивает, делает их главным содержанием своей души.
И пускай мы немощны, пускай не находим в себе сил на великие нравственные подвиги. Но мы должны хотя бы обозначить наше желание бороться со страстями, хотя бы в мелочах попытаться перестать идти на поводу у своих больных наклонностей. Мы не можем тысячу ночей молиться на камне, как это делал преподобный Серафим Саровский. Но сдержаться и не наорать на жену, даже когда она этого заслуживает, мы вполне в состоянии. И уступить место старушке в метро не составит особого труда, если осознать, что ты в этот момент борешься со своей ленью и жалеешь чужую старость. Такие вещи кажутся нам мелочами, но из мелочей и состоит вся наша биография. И если мы твердо решим бороться с какой-нибудь «мелочью» – произойдет маленькое чудо. Мы увидим, как Господь, видя наше доброе намерение, поможет нам в этой борьбе. Мы увидим, как могущественна эта помощь, и как деликатно и трогательно любит нас Христос. Воюя с греховными «мелочами» мы можем научиться видеть любовь Божию к людям еще здесь, в земной нашей жизни.
Тогда и после смерти огонь Божественной любви будет для нас источником вечной радости, а не мучительным пламенем геенны.
Что относится к аду
Ад (геенна) – 1) замкнутая пространственная область, обособленное место присутствия демонов, загробного пребывания и мучения душ нераскаянных грешников; после всеобщего воскресения мертвых, Страшного Суда ад станет местом мучения диавола, всех его ангелов и нечестивых людей, не удостоенных райских селений; 2) внутреннее состояние грешников, характеризуемое чувством богооставленности, одиночества и мук; 3) адовы силы — лукавые духи. (см.: Рай и ад: два места или два состояния?).
Следуя учению Православной Церкви, после посмертного частного суда человек находится в состоянии предвкушения вечной радости и блаженства, или в ожидании страха вечных мучений. Совершенное блаженство, как и полные мучения, начнутся после Страшного Суда. До Страшного Суда возможны изменения в состоянии душ в аду, особенно благодаря принесению за них Бескровной Жертвы (поминовение на Литургии) и молитв, как учит об этом св. Марк Эфесский. Неизреченная благость и человеколюбие Божье распространяется и на людей пребывающих в аду. Прощение грехов после смерти подается по благодати Божьей при содействии людских молитв.
Понятия «Рай» и «ад» могут интерпретироваться как результат действия нетварной Божественной благодати. Святые отцы учат, что рай и ад существуют не как юридическая награда и наказание со стороны Бога, но связывают эти понятия с понятиями здравия и болезни человеческой души.
Здоровые, то есть очистившие свою душу от страстей, испытывают на себе просвещающее действие божественной благодати, испытывая в ее действиях блаженство, описание которого превосходит возможности человеческого языка. Они соединяются с Богом, восходят в Богопознании из меры в меру, достигают обожения.
Больные, пренебрегшие очищением от страстей ощущают опаляющее действие благодати, ибо они отвергли Божественную любовь, презрели дар прощения грехов, исцеления души от страстей и познания Бога, эгоистически замкнулись в себе самих, не возжелали жизни в соединении со Святым Богом. Так наказаны будут грешники не потому, что Бог хочет их погибели, но они сами «погибают за то, что не приняли любви истины для своего спасения» ( 2Сол.2:10 ).
В Библии слово «ад» встречается 17 раз.
Будут ли муки грешников вечными?
В настоящее время учение о конечности мук нераскаянных грешников, имеющих быть осужденными на грядущем Страшном Суде, имеет немало последователей.
В отличие от учения Церкви о вечности адовых мучений оно строится не на прямых библейских свидетельствах ( Мф.25:46 ), а на интерпретации косвенных фактов.
В своё время воззрение об ограниченности «вечных» адских мучений отстаивал Ориген. Затем сочувствие этой идее выразил святитель Григорий Нисский. Впоследствии названное учение нашло себе отклик в умах большого количества «верующих». В наше время отдельные авторы артикулируют его как одно из допустимых направлений христианской мысли (см. подробнее: Вечны ли адские муки?).
В первую очередь концепция об ограниченности адских мучений строилась на своеобразно истолкованном учении о Божественных свойствах. Считалось, что Вседержитель, желая спасения всем без исключения людям, как Всеведущий, Любящий, Милосердный и Всемогущий, непременно найдёт надлежащее средство и избавит всех беззаконников от греховности, после чего введёт их в Небесное Царство, присоединив к сонму святых.
На совершенно чёткое Божественное заверение о вечности будущих мук они ответили доводом, что прилагательное «вечные» (муки) должно интерпретироваться не в смысле «бесконечные», а в значении «продолжительные», но всё же ограниченные рамками времени.
V Вселенский Собор, оценив оригенизм как учение ложное, не соответствующее духу Писания, осудил вместе с тем и гипотезу Оригена об ограниченности «вечных» мучений. Святитель же Григорий Нисский, отчасти поддержавший мнение Оригена, не подвергся осуждению ни на этом, ни на последующих Соборах. Более того, он был заслуженно признан Вселенской Церковью как один из наиболее выдающихся церковных писателей. В свою очередь некоторым это дало повод думать, что и импонировавшая ему идея о конечности мук соответствует истине.
Между тем, при всём уважении к авторитету Нисского святителя, его частное богословское мнение об ограниченности будущих мучений было раскритиковано целым рядом великих отцов.
В отношении сопряжения учения о всемогуществе и премудрости Бога с учением о неизбежности всеобщего спасения (независимо от того, как тот или иной человек осуществляет свою земную жизнь), отцы Церкви объяснили, что не Бог, а сам грешник, отклоняющий себя от пути в Царство Небесное, станет виновником своих будущих бед. И это не войдёт в противоречие с совершенствами Божества.
Что касается интерпретации «вечности» будущего века в значении не бесконечного, но ограниченного периода, отцы противопоставили этому соображению своё: если признать будущий век за ограниченный, то ограниченным необходимо будет признать и блаженство святых; но это суждение прямо противоречит свидетельству Откровения о том, что радости праведников не будет конца.
Один из двенадцати анафематизмов (восьмой) из чина торжества Православия, признанного Церковью, ясно указывает, что те, кто дерзают отвергать вечность мучений посмертного воздаяния, подлежат анафеме.
В чем будут состоять мучения грешников в аду после Страшного Суда?
В отличие от иконографических образов и книжных миниатюр, сложившихся и утвердившихся на территории Руси в XVI-XVII вв., представляющих будущие муки грешников в свете ярко выраженного натурализма, Святое Евангелие сообщает об адовых муках в куда более сдержанных, однако не менее проникновенных символических формах.
В то время как изображения названного периода демонстрируют такие ужасающие картины, как повешение грешников за ребра, хребты, языки, жаренье их на адовых вертелах, уязвление змеями, избиение демонами посредством молотов, колотушек, горение в огненной реке, Евангельские символы в основном сводятся к огню неугасимому ( Мк.9:44 ), червю неумирающему ( Мк.9:46 ), тьме кромешной, внешней ( Мф.8:12 ), плачу и скрежету зубов ( Мф.25:30 ).
В действительности ни Евангелие, ни Православная иконография не предполагает буквальной, грубо-чувственной интерпретации этих образов. Именно поэтому они и называются символическими, что, впрочем, не делает их менее страшными, ведь так или иначе речь идёт о вечных адовых муках.
Раскрывая Евангельские символы, святоотеческое богословие представляло их в таком свете: под горением в огне следует подразумевать угрызения совести, под червем — проявление неуврачеванных страстей, под тьмой внешней — богооставленность, а под скрежетом зубами — ожесточение, вызванное недостатком или отсутствием любви.
При этом, конечно, и само положение грешников, подразумевающее тесное соседство с омерзительными демонами, будет являться одним из острейших факторов мук. Кроме того мучение грешников будет отягощаться и тем пониманием, что оно не завершится ни через сто, ни через тысячи лет. (см.: Для чего Бог создал людей, имеющих мучиться в аду?)
Если ад, согласно утверждению святителя Иоанна Златоуста, упразднен благодаря победе Христа, то не значит ли это, что ада, как места посмертного пребывания грешников, больше не существует?
В огласительном слове святителя Иоанна Златоуста на Святую Пасху действительно выражена мысль, которую иногда понимают в том смысле, что ада, как особого места мучений грешников, больше не существует, так как он «упразднился», «был поруган», «умертвился» и «был связан» в результате победы Христа (см.: Слово огласительное на Святую Пасху).
Однако такая интерпретация слов святителя не подтверждается ни догматическим учением Церкви, ни иконографической традицией, ни литургической практикой. Хотя ад и действительно был побежден Искупителем, и в этом нельзя сомневаться, однако это не означает, что его больше нет.
С победой Мессии над адом он перестал быть неизбежным местом посмертного обиталища душ усопших, но не перестал существовать. Души нераскаянных грешников сходят во ад и поныне, в связи с чем, собственно, верующие, молясь за усопших, просят Бога: «преше́дшую ду́шу во а́дово дно не отри́ни» (Последование по исходе души от тела).
Добавим, что с победой Христа изменились и некоторые условия пребывания грешников в аду: по крайней мере многие из нынешних обитателей ада получают отраду благодаря молитвам за них со стороны ближних; а часть грешников, по молитвам Церкви, имеет возможность обрести прощение и наследовать Царство Божье.
Именно в этом смысле и следует понимать слова Иоанна Златоуста.
Важно понять, что вечные муки – не кара разгневанного Божества, а итог внутреннего самоопределения человека.
Валерий Духанин
…Что безрассуднее или безумнее, как говорить: «Довольно для меня избежать геенны; а чтобы войти в Царство, о том не забочусь». Избежать геенны уже значит войти в Царство, равно как лишиться Царствия значит идти в геенну. Писание не говорит нам о трех странах. Но что же говорит? Когда же приидет Сын Человеческий во славе Своей… и поставит овец по правую Свою сторону, а козлов – по левую ( Мф.25:31,33 ).
Не сказал о трех чинах, но один чин справа, а другой слева, и отделил пределы их, по селениям их, сказав: пойдут сии, то есть грешники, в муку вечную, а праведники в жизнь вечную ( Мф.25:46 ), и праведники воссияют, как солнце ( Мф.13:43 ).
преподобный Ефрем Сирин
Не Бог виновник ада и вечных в нем мучений, а сами грешники. Не будь нераскаянных грешников, и ада не будет. Господь очень желает, чтоб не было грешников, за тем и на землю приходил. Если Он желает безгрешности, то, значит, желает и того, чтоб никто не попал в вечные муки. Все дело за нами. Давайте же сговоримся и уничтожим ад безгрешностью. Господь будет рад тому; Он и открыл об аде для того, чтоб всякий поостерегся попасть туда.
святитель Феофан Затворник
Ад невозможно сделать привлекательным, поэтому дьявол делает привлекательной дорогу туда.
святитель Василий Великий
Держи ум твой во аде, и не отчаивайся.
старец Силуан Афонский
Ад возмущает совесть, поскольку мы представляем себе жизнь в аду, жизнь, обреченную на бесконечные мучения. Но именно жизни в аду нет, есть только бесконечная и вечная смерть; а смерти там некого жалить, потому что в аду нет живого. Оттого и сказано: «Смерть! где твое жало? ад, где твоя победа?» ( Ос.13:14 ); ( 1Кор.15:55 ). Ад существует вечно не как состояние какой-либо мучащейся жизни, а именно как «воскрешение суда», т. е. именно как акт окончательного отделения от жизни, коему праведным судом Божиим суждено на веки его необходимое последствие – логическое и жизненное – смерть. Ад не есть какое-либо субстанциальное бытие, чрез само себя существующее. Он существует лишь чрез Божий суд и в этом суде; сам же в себе он пуст и призрачен. В нем есть беспредельное страдание. Но не забудем, что это – страдание не того, что живет вечно, а того, что некогда жило, страдание, не совершающееся во времени и не пребывающее в сверхвременной действительности (ибо в аду нет ничего сверхвременного), а страдание, уже совершившееся в тот последний роковой миг, когда данное существо своим преступлением и праведным Божиим судом навсегда извержено во «тьму внешнюю».
Вечность ада есть вечность мига. Не живший во Христе во времени, в конце времен на веки извергнут «во тьму внешнюю», в сферу, абсолютно чуждую Христу и, стало быть, чуждую жизни. Перед очами Всеединого вечно действителен этот решающий миг со всей его беспредельной мукой. Мне кажется, что в этом смысле и должно разуметь тот «огнь вечный», о котором говорит Евангелие. Но, с другой стороны, этот миг, вечно памятный, навеки забыт, ибо ад оставлен за бытием. Нет реального существа, которое в нем мучится, – есть только мятущиеся призраки.
Евгений Трубецкой «Смысл жизни»
Дорога в ад спускается полого.
Клайв Льюис
Для того, чтобы попасть в ад, не всегда нужны благие намерения: иногда достаточно просто оставаться самим собой.
прот. Максим Козлов
Самое печальное, когда люди видят в Боге угрозу — как будто Он только и ищет предлога ввергнуть их в ад. В реальности дело обстоит ровно наоборот — это человек только и ищет загнать себя в ад, Бог только и ищет того, как его перехватить по дороге.
Сергей Худиев
Говорю же, что мучимые в геенне поражаются бичом любви. И как горько и жестоко это мучение любви! Любовь силою своею действует двояко: она мучит грешников и веселит собою соблюдших долг свой. И вот, по моему рассуждению, таково гееннское мучение, — оно есть раскаяние.
прп. Исаак Сирин
Не может Бог не быть,
И все в огне Его любви, и огнь
Один для всех; но аду Бог есть ад.
С.С. Аверинцев
Почему существует ад?
Один из самых естественных вопросов сомневающегося – почему существует ад? Если Бог есть Любовь, почему Он обрекает грешников на вечные мучения?
Ответ, на этот кажущийся неразрешимым вопрос, на самом деле не так сложен. Самое главное здесь вот что: христианство пришло в мир вовсе не с вестью о том, что существует ад. Нет, ад – темное царство мертвых – известен почти всем дохристианским культурам. Своим же Воскресением Христос открыл людям тайну жизни, а не смерти – тайну Рая.
К сожалению, наши представления об аде и рае далеки от христианских. Слово “ад” у многих современников вызывает в памяти картинки из журнала “Крокодил” советских времен: сковородки, бока которых жадно лижут языки адского пламени; грешники, страдающие в кипящем масле на этих сковородках, и рогатые черти, немилосердно тычащие грешников. Смею утверждать, что картины эти, при всей своей наглядности, имеют мало общего с христианским пониманием вечных мук.
И если говорить об образах, то я бы предложил обратиться к… современному отечественному кино! В одной из последних картин Валерия Тодоровского “Страна глухих” есть сцена, прекрасно передающая христианский нерв ощущения ада.
Для тех, кто не видел фильм, поясню: главная героиня – молодая девушка. Ее любимый парень – азартный игрок – должен огромную сумму денег. Рискуя жизнью, девушка собирает для любимого необходимую сумму, но он (игрок же!) перед тем как вернуть долг, решает еще раз попытать счастья. И… вновь проигрывает все до копейки.
А дальше потрясающая по силе и проникновенности сцена: ни одного упрека, ни одного слова обвинения, все, что пытается сделать девушка – это успокоить любимого. Она говорит, что он не должен расстраиваться, что деньги – это не главное, что она еще заработает. Главное, они любят друг друга, поэтому все будет хорошо.
В ответ парень “взрывается” и начинает гнать от себя девушку. Он кричит, что не может находиться рядом с ней, что ему больно от осознания того, что он – последняя сволочь – проиграл заработанные ею деньги, а в ответ от нее – ни слова упрека, а только обещание любить его, что бы он ни натворил. Но такая любовь выше его сил, так как он не может быть с ней, ощущая свою подлость! Ему БОЛЬНО ОТ ЕЕ ДОБРОТЫ, и он ее прогоняет.
Конечно, дальше ему станет только ЕЩЕ БОЛЬНЕЕ. Прогнав любимую, он будет всю жизнь мучиться, потому что такая любовь – одна и на всю жизнь. Но, согласитесь, трудно в этой ситуации обвинить девушку, упрекнуть ее в том, что именно она обрекает парня на мучения…
Этот образ, на мой взгляд, вполне по-христиански описывает ощущения души грешника, встречающей Бога – Того, Кто есть Любовь. Любовь, которая обжигает, но без которой нет жизни. Так человек, просидевший долгое время в темной комнате и отказывавшийся выходить к свету, неизбежно слепнет, когда солнечные лучи впервые касаются его лица. И кто виноват, что на постоянный призыв выйти на улицу, к свету, он отвечал отказом. А глаза, тем временем, потеряли способность воспринимать свет, то есть жизнь. Поэтому именно сам человек обрекает себя на вечную тьму, вечное мучение.
И все же – повторю еще раз – христианство – это Благая Весть (греч. Евангелие) о Жизни, а не смерти. И все, что требуется от нас, это открыть дверь и выйти к свету, пока не поздно. Время у нас еще есть.
Притча. Три часа в аду
Как-то раз один больной утратил терпение и стал просить Господа избавить его от нестерпимых болей. Страждущему явился Божий Вестник и сказал:
– Необходимо, чтобы ты прожил на земле еще один год, дабы твоя душа очистилась болезнью. Если тебе это кажется трудным, то Преблагой Господь дает тебе возможность взамен провести три часа в аду. Итак, выбирай.
– Я предпочитаю провести три часа в аду, – не задумываясь, ответил больной, полагая, что год испытаний на земле мучительней.
Поместив душу больного в ад, Ангел сказал:
– Через три часа я вернусь.
Оказавшись один, несчастный испугался. Со всех сторон доносились ужасающие крики и вопли. В темноте он различил мучащихся и горящие глаза бесов. Прошло время. Больной ждал появления Ангела с минуты на минуту, но тот все не приходил. Ему показалось, что прошел уже целый век. Утратив всякую надежду на спасение, несчастный начал стонать и рыдать. Но вот чудесный образ Ангела снова показался в аду.
– Что с тобой, человек? – спросил он.
– Я не знал, что Ангелы лгут, – прошептал полумертвый больной. – Ты обещал забрать меня через три часа, а прошел целый век нестерпимых мучений.
– О чем ты говоришь, человек? Прошел всего лишь один час, и ты должен пробыть здесь еще два.
– Нет! – взмолился тот. – Я больше не выдержу! Забери меня отсюда. Пусть лучше я буду годами мучиться на земле!
– Пусть будет по-твоему, – согласился Ангел. – Преблагой Господь смилостивится над тобой.
С этими словами больной очнулся и с радостью увидел, что снова находится на своем одре. Милосердный Господь да дарует нам силы с терпением, без ропота переносить все жизненные обстоятельства. А когда наших сил будет недостаточно, пусть поддержит нас и укрепит наш дорогой Ангел Хранитель.