Что недоговаривают про коронавирус
«Омикрон» создал биохакер? Мнение вирусолога
О лабораторном происхождении «омикрона» могут косвенно говорить большое количество мутаций и другие особенности его структуры. Так, в штамме «омикрон» есть несколько аминокислот, которые присутствуют в сезонном коронавирусе, заявил ученый-вирусолог, член-корреспондент РАН Петр Чумаков в программе «Посоветуйте, доктор» на «Радио России».
«Около 15% всех простудных заболеваний вызываются сезонным коронавирусом, но другим. И эта вставка, которая характерна для сезонного коронавируса, вдруг оказалась в этом коронавирусе. Как она туда попала? Одномоментно, чтобы возникло такое большое изменение. Это звоночек», – указал ученый.
В других штаммах подобного не было, и «это наводит на мысль, что у «омикрона» искусственное происхождение».
Будущее – за живыми вакцинами, считает Чумаков. Живая вакцина – это ослабленная версия опасного вируса, которую запускают в популяцию, и человек приобретает легкий вирус, с которым справляется.
Живую вакцину можно создать путем биоселекции или же направленным изменением генома.
«Есть такие приемы, например, деоптимизация генома, когда переписывается последовательность. То есть там белковая последовательность будет та же самая, а нуклеотидная последовательность будет процентов на 70 изменена», – пояснил Чумаков.
По пути создания ослабленного штамма сейчас официально никто не идет, и если бы кто-то взялся за работу над подобной живой вакциной и получил бы результат, внедрить ее было бы очень сложно. «Представьте, что кто-то просто решил закончить эпидемию и пустил этот вирус», – сказал ученый.
Отвечая на вопрос, возможно ли, что биохакер создаст опасный вирус, Чумаков ответил, что такое возможно.
«Есть проблема биохакерства, когда люди более или менее продвинутые, которые знают и владеют какими-то технологиями, на свой страх и риск, по своему разумению делают какие-то вещи, которые могут оказать огромное влияние на всех нас», – отметил вирусолог.
Однако «это просто версия», подчеркнул Чумаков. Если же считать, что «омикрон» создал биохакер, со своей задачей он справился очень хорошо – серьезных случаев, связанных с заражением новым штаммом, не отмечено. «Видимо, настал такой момент, что дальше усовершенствовать не нужно. Вопрос только, кому это надо», – добавил ученый.
Коронавирус — политическая пандемия
Коронавирус — не апокалипсис. Тогда почему ему сразу, безо всяких оснований присвоили наивысшую степень опасности? Почему россияне не доверяют властям в вопросе вакцины от COVID-19? А достаточно ли она испытана? А есть ли на самом деле пандемия? Кто создал вирус? Для чего он используется властями по всему миру? На все эти и многие другие вопросы Инны Новиковой ответил профессор кафедры государственной политики факультета политологии МГУ Олег Шабров.
Читайте начало интервью:
— Олег Федорович, вакцинация против коронавируса набирает обороты. Мэр Москвы Сергей Собянин постоянно рапортует об открытии новых пунктов. Почему-то даже в театрах и других совершенно непрофильных местах открывают точки, где делают эти прививки.
Действительно власти много делают в этом направлении, но многие люди, даже медицинские работники, относятся к вакцинам очень скептически и с опаской. Опять получается такое же противостояние как с масками. Это — обывательские взгляды, надежда на авось или недоверие власти, как вы считаете?
— Трудно сказать. У самих медиков есть разные мнения. Все это связано со многими направлениями и имеет много причин. В числе всего остального здесь — слишком большое число интересантов. Идет и война вакцин на международном уровне.
Хотя еще осенью руководитель группы безопасности вакцин США Роберт Кеннеди-младший высказался не против нашей вакцины, но он конкретно «Спутником» не занимался и не имел достаточной информации.
Зато по поводу Pfizer и других американских вакцин он прямо сказал, что они могут иметь неизлечимые последствия, потому что вмешиваются в генетический аппарат человека.
Коронавирус — вопросы без ответов
Вакцины и их производители — разные. А кто определяет, какая лучше, а какая хуже, как они действуют на человека? Конечно, это — вопрос апробации. Когда стали уже массово прививать, начали поступать сообщения, что серьезная группа риска — люди с онкологическими заболеваниями.
Неплохо было бы, конечно, апробировать все вакцины в течение установленного времени, посмотреть результаты, чтобы все было, как положено. А так — за два месяца произвести вакцину и сразу выдать заключение, что она не наносит ущерба здоровью, потому что в течение двух недель все вакцинированные выжили…
Статистика всё списывает на коронавирус
Я уж не говорю о том, что, к сожалению, есть вопросы к статистике. — Насколько она соответствует действительности, тоже большой вопрос. В течение длительного времени в нее включали всех ушедших из жизни не собственно от коронавируса, а с коронавирусом.
Но ведь у любого из нас вирусов всяких — тысячи. Почему вдруг стали считать, что все смерти наступили именно от коронавируса?… Это же совершенно не так.
Кстати, тот же Роберт Кеннеди сказал, что на самом деле статистику по коронавирусу в США надо уменьшать в 10 раз. Никакой пандемии нет. Но давайте подождем немножечко развития событий, посмотрим, как господин Байден очень быстро справится с коронавирусом у себя в стране.
Он обещал это сделать точно так же быстро, как справится с межрасовым конфликтом между чернокожим и белокожим населением. Может быть и быстро справится, потому что просто перестанут эту тему подогревать и афишировать, начнут замалчивать.
Если это был один из инструментов для того, чтобы попрощаться с Трампом, тогда это всё очень быстро пойдет на спад. Подождем, посмотрим. Конечно, в один день эта статистика не уменьшится, но я что-то предполагаю, что она будет очень быстро снижаться.
В России есть разные мнения. Некоторые организации врачей, например, в Питере, критично относятся и к статистике по коронавирусу, и к вакцинам. А мы — не медики, поэтому просто вынуждены ориентироваться в той информации, которая к нам от них поступает.
Как бы не оказалось через полгода, что вакцинировать нельзя было не только онкологических больных, но и еще целый ряд. Эти негативные последствия выявляются только после достаточно длительной апробации. Пока ни одна из вакцин такой длительной апробации не прошла.
— Похоже, что действительно преувеличивается ситуация с коронавирусом — его опасность и так далее. Доктором медицинских наук, специалист в области эпидемиологии и медицинской статистики Игорь Гундаров говорит, что 80 000 заболевших в день — нормально для нашей страны, а паника — это политическая история.
Видимо, во всем мире такая же ситуация. Есть информация, что это — искусственный вирус. Китайцы и американцы в открытую обвиняют друг друга в создании коронавируса. Может быть, излишние предосторожности и ограничения вызваны тем, что искусственно созданный вирус разошелся по всему миру.
— Вполне возможно, что это так. Вирус еще может использоваться как повод для того, чтобы вводить население стран в состояние страха. В этом состоянии человек становится очень хорошо управляемым.
Коронавирус: искусственный или естественный?
Поэтому как знать? Может быть вирус не специально для этого выведен. Ведь спор, обратите внимание, идет не между двумя точками зрения — искусственный коронавирус или естественный.
Основной спор, вы правильно сказали: кто его сделал — китайцы или американцы? Из каких лабораторий он выскочил? Поэтому, если он искусственный, то может быть, что цель — сделать нас более управляемыми?
Если даже он появился естественным образом и действительно опасен, то у меня все равно большое подозрение, что эта ситуация используется для того, чтобы сделать нас более управляемыми. То есть, как ни поверни, а в конечном счете получается, что это — политическая пандемия.
Добавьте «Правду.Ру» в свои источники в Яндекс.Новости или News.Google, либо Яндекс.Дзен
Быстрые новости в Telegram-канале Правды.Ру. Не забудьте подписаться, чтоб быть в курсе событий.
Забота о здоровье
Миф первый. Грипп опасней, чем коронавирус, потому что от него умирает больше людей.
Скептики утверждают, что обычный сезонный грипп ежегодно убивает больше людей, чем COVID-19 и ситуация вокруг новой кронавирусной инфекции слишком раздута. Так ли это?
Согласно последним данным, которые привел глава Всемирной организации здравоохранения Тедрос Гебрейесус, летальность от коронавируса составляет около 3,4, в то время, когда жертв сезонного гриппа ежегодно бывает не более 1%. При этом точная смертность нового заболевания COVID-19 станет известна после того, когда пандемия пойдет на спад, поскольку она вычисляется, как отношение числа погибших и выздоровевших от вируса.
Новый коронавирус пугает тем, что он не изучен. Сложно предсказать, как будет развиваться течение болезни в каждом отдельном случае. По словам главы Минздрава РФ Михаила Мурашко, вирус коварен, вызывает много осложнений, и очень часто на фоне улучшения состояния пациентов и достаточно хорошего регрессирования симптомов может появиться новая волна.
К тому же, отмечается, что COVID-19 очень заразный, потому что у человечества нет к нему иммунитета. И если от сезонного гриппа можно привиться, чтобы не заболеть, то вакцины от нового коронавируса пока не существует. Над ее изобретением сегодня работают ученые всего мира.
Миф второй. Коронавируса не существует, нас обманывают.
В интернете появились очередные фейки о том, что новая коронавирусная инфекция является выдумкой и частью заговора.
Однако цифры говорят об обратном. Сегодня в стационарах с внебольничной пневмонией находятся 40 тысяч человек, к аппаратам ИВЛ подключены от 1000 до 1300 человек, под лечение больных COVID-19 перепрофилировано 116 тысяч коек, более 1,3 миллиона медицинских сотрудников, работающих в стационарах и амбулаториях, прошли подготовку для лечения пациентов с коронавирусной инфекцией. Об этом рассказал министр здравоохранения Михаил Мурашко в интервью на канале Россия 24.
Он также напомнил, что сегодня временно приостановлено оказание плановой помощи пациентам в больницах, потому что многие стационары перепрофилированы под госпитали для больных COVID-19.
Не существует специальных продуктов или диет, которые могли бы укрепить иммунитет и защитить от вируса, считает сенатор и практикующий хирург Юрий Архаров.
Миф четвертый. Курильщики легче переносят коронавирус.
В последнее время в средствах массовой информации появляются материалы о том, что коронавирус меньше затрагивает курильщиков. Однако главный внештатный специалист психиатр-нарколог Минздрава России профессор Евгений Брюн утверждает, что нет подтвержденных данных о том, что никотин защищает от коронавируса. Напротив, есть проверенная научная информация о серьезном снижении иммунитета у курильщиков.
Миф пятый. Прививка БЦЖ усиливает иммунитет к коронавирусу.
Однако Маляренко обратил внимание, что до пандемии проводились исследования вакцины БЦЖ. Оказалось, что люди с этой прививкой меньше страдают инфекционными заболеваниями легких, у них реже развивается пневмония, есть определенный неспецифический иммунитет к другим инфекционным болезням.
Кстати, в России, где БЦЖ делают практически всем, летальность от коронавируса составляет менее 1%. Больше всего жертв от осложнений COVID-19 в США и Европе, где против туберкулеза используются другие вакцины.Впрочем, возможно это связано с организацией лечения больных.
Миф шестой. COVID-19 можно переболеть только один раз.
Миф седьмой. Дети не болеют COVID-19.
Буквально на днях Министерство здравоохранения РФ опубликовало данные по заболеванию коронавирусом среди детей. Ведомство сообщило, что в России среди заболевших дети составляют 7,6 %. Большинство из них заразились после контакта с инфицированными. У детей заболевание часто протекает в легкой форме или даже бессимптомно, но они могут быть вирусоносителями.
Миф восьмой. Новым коронавирусом можно заразить домашних животных.
Миф девятый. Хирургические маски не защищают от коронавируса.
Маску должен носить не только больной человек, но также здоровый, считает сенатор и заслуженный педиатр России Татьяна Кусайко. Она пояснила, что маска нужна здоровому для профилактики, а заболевший с ее помощью ограничит распространение вируса.
Миф десятый. Вы сразу узнаете, когда заболеете коронавирусом.
Как сообщили в Роспотребнадзоре, самостоятельно диагностировать у себя коронавирус не получится: его симптомы очень схожи с симптомами простуды или гриппа. Чаще всего заболевание начинается со слабости и недомогания, повышения температуры и сухого кашля. У некоторых людей могут отмечаться боли и ломота в мышцах и суставах, заложенность носа, насморк, фарингит или диарея. Чаще всего, эти симптомы развиваются постепенно и проявляются довольно слабо. К тому почти в 80% случаев заболевание протекают легко, сопровождаясь легким недомоганием и невысокой температурой, или вообще бессимптомно.
Откровения учёных и чиновников: Что власти скрывают о коронавирусе
Проблема доверия к официальной информации – наверное, одна из самых острых сегодня. И опасных. Тревога и неуверенность в будущем, охватывающие дезориентированных и перепуганных людей, тем больше наносят ущерба общественной психике, чем меньше люди доверяют официальной информации. И вот одни рассказывают о том, что статистика численности заболевших в России подделана: на самом деле их намного больше. У нас вообще всё всегда подделывают – и вообще, было ли когда-нибудь раньше, чтобы такие пробки стояли из «скорых помощей»? А другие яростно цитируют статистику: «С начала года от рака умерли 2,3 млн человек, от малярии – 278 тысяч, на почве алкоголизма – 709 тысяч, на почве курения – 1,4 миллиона, от «короны» – 116 тысяч. Берегитесь коронабесия!»
Что же происходит на самом деле? Как нас обманывают? И ответы искать на такие вопросы трудно. Вот я, например, поговорил с людьми уникальными: всемирно известный врач, один из ведущих медиков России, и очень осведомлённый человек, чиновник системы Минздрава. Оба просили не раскрывать их имён, так что беру ответственность за публикацию сказанного ими на себя.
Правда о Минздраве
Одно из главных обвинений, предъявленных США Китаю, – это обвинение в фальсификации данных. «Китайцы всё скрыли! – уверяют американцы. – Они вообще всё скрывают, у них интернет суверенный и власть недемократическая». Внутренние американцы, сидящие внутри многих из нас, точно так же уверенно обвиняют власти России. Цифры какие-то странные. Очень маленькие. Ну понятно же: выгодно занижать данные, чтобы не допускать паники и не вызывать неудовольствия начальства! С другой стороны, цифры какие-то слишком большие! Понятно – запугивают нас, чтобы посадить под цифровой контроль. Ну а если серьёзно – слишком много у каждого из нас накопилось реальных оснований для недоверия. И не столько к медицине, сколько к её «оптимизаторам».
Конечно, кому-то хотелось бы скрыть данные о показателях, чтобы лишний раз инспекциями не доставали, – рассказывает мой собеседник-чиновник (назовём его доктором И.) – Да не выйдет уже никак… Подтасовка цифр – чуть ли ни самое страшное, что может случиться с руководителем на региональном уровне, и случится – если он подтасует данные – обязательно. Поймают – и вылетит. Потому что независимые проверки проводятся Минздравом (и не только) постоянно. А дистанционные совещания с регионами проходят в Минздраве ежедневно.
Как утверждает мой собеседник, та же ситуация и со сведениями об обеспеченности медицины в регионах оборудованием, материалами, иными средствами. То есть нехватка и материалов, и людей во многих регионах есть. И в Москве с Петербургом есть. Иногда чего-то не хватает остро, пугающе. Но информация обо всех таких срывах каждый день поступает наверх – и постепенно, иногда с запаздыванием, но прорехи закрываются. Во всяком случае, о них известно и они «стоят в плане».
А как же быть с паническими рассказами г-жи Раковой о том, что «медицина работает на пределе»? И с пугающими кадрами многокилометровых пробок машин скорой помощи в Москве и ближнем Подмосковье? Про панические рассказы – это понятно: пугает, чтобы дома сидели (кстати, о том, права ли она в таком желании, поговорим чуть позже). А вот пробки же и правда есть? Их же по телевизору показывали?
Да, пробки есть – несмотря на то, что по телевизору показывали. Но причина вовсе не в ураганном росте числа заболевших. Как объясняет И., есть две истории. Первая – появление отдельных стационаров, выделенных под COVID и пневмонии. Туда свозят больных со всех концов города, происходит их концентрация – и выглядит всё так, как будто их чрезмерно много. Но это совершенно обычная картина для узкоспециализированных клиник: например, проказа сегодня – редчайшее заболевание, но, оказавшись в одном из немногих оставшихся лепрозориев, можно предположить, что прокажённых очень много. Вторая история – собственно, о пробках. Пробки возникают на трассах, если где-то в одном месте сужается проезд (авария, ремонт).
Видео с очередями из скорых распространяются по соцсетям и обрастают «подробностями». Фото: Типичные Химки / vk.com
Только в нашем случае затор возникает в приёмном покое. И в специализированных клиниках (приёмный покой, как правило, ещё не приспособлен под массовое поступление больных). И в скоропомощных клиниках и в больницах, где под COVID выделены отдельно стоящие корпуса (то есть «чистые» и «грязные» зоны), и приходится в приёмном покое заниматься сортировкой «подозрительных» и «не подозрительных». Что касается роста количества инфицированных, то он пока не катастрофический. Примерно в 10 раз за 10 дней. И до «итальянского варианта», когда система перестаёт справляться с наплывом больных, у нас далеко и есть большие шансы, что мы успеем затормозить процесс задолго до этого.
Мы оказались не готовы к новому вызову, – считает мой второй собеседник (назовём его профессором П.), – прежде всего потому, что допустили глубокую системную ошибку. Ну не может быть эпидемиологическая служба в системе ОМС-ДМС. Это – не оказание медицинских услуг, это – национальная страховка! Коечный фонд для борьбы с эпидемиями должен быть избыточным вне зависимости от текущих потребностей, а финансирование – как и финансирование армии или спецслужб – никак не связываться с «самоокупаемостью».
Есть много других проблем. В том числе традиционного характера. Во-первых, не хватает материалов – прежде всего, защитных комплектов для врачей. Во-вторых – неготовность. Неготовность врачей к работе в таких экстраординарных условиях. «Мне, – рассказывает профессор, – приходится проводить часовые тренинги для всего персонала: они элементарно не умеют одеваться в защитные комплекты и раздеваться! А ведь именно в процессе раздевания происходит наибольшее количество заражений медперсонала». Но все эти нехватки и неготовности преодолимы. Профессор подтверждает, что организация борьбы с инфекцией на федеральном уровне и в регионах позволяет улучшать ситуацию – и с материалами, и с обучением, и даже с неадекватностью растерянных начальников низового звена.
Но есть ещё одна неготовность, с которой не справится никакая медицина, никакое государство – во всяком случае, сейчас. Это полная неготовность нашего организма к коронавирусу.
Правда о вирусе
К коронавирусу, – считает профессор П., – мы не готовы биологически. К гриппу (всех его штаммов, от простых сезонных до свиного и птичьего) готовы. То есть да, мы можем болеть гриппом и умирать от него. Но в принципе на клеточном уровне организм «знает» – или хотя бы может угадывать, что ему делать. Это же относится и ко многим другим инфекциям, в том числе тяжёлым – к таким, как туберкулёз, корь, да даже более страшные вещи, такие как тиф или оспа. Коронавирус – не оспа и не чума. Но пока что он, по словам профессора П., «изобрёл универсальный ключ к эритроцитам человека». Он проникает в кровь и в слизь, заходит через слизистую рта и через кожу лица, лишает эритроциты их основной функции – транспортировки кислорода по кровотоку.
Именно поэтому возможна повторная заболеваемость – такие случаи зафиксированы в Ухане. Может быть, это связано с появлением подвидов. Может быть, не возникает «перекрёстного иммунитета». В любом случае, «знакомство» человека и COVID-19 только началось и будет продолжаться долго.
И вот тут приходит время вернуться к началу разговора. Про коронавирус-то нам врут?
Сначала о «коронаскептиках». Помимо правящих ковидиотов (таких, как лидеры Белоруссии, Туркмении, Великобритании и Швеции), в сравнительные показатели любят играть и многочисленные рати ковидиотов бытовых. У нас что со сравнительными данными по смертности за первые месяцы прошлого и нынешнего года? Например, автор цитаты про коронабесие, известный израильский общественный деятель Авигдор Эскин, утверждает, что в этом году смертность немного меньше, чем в прошлом. То же самое утверждает намного менее, чем Авигдор, вменяемый коронаскептик, рассуждая об аналогичных показателях по Республике Беларусь.
«Ничего сложного тут нет. И ничего утешительного тоже, – поясняет доктор И. – Мы находимся сейчас на самой начальной стадии пандемии. Особенностью которой является полное отсутствие естественных границ распространения. Иммунитета нет. Прививок нет. Контагиозность (эффективность заражения через контакт – Д.Ю.) огромная. А про низкий показатель смертности и заболеваемости – расскажите об этом жителям Нью-Йорка, где не хватает коек в клиниках и где не хватает мест для могил на всех кладбищах, кроме чумного полигона».
У вируса COVID-19, – объясняет доктор, – есть одна-единственная позитивная особенность. Он большой и тяжёлый – в мире вирусов, конечно. Заражение происходит в 99 процентах случаев через прямой контакт, а не по воздуху. Как правило – по схеме рука-лицо (движение, которые мы проделываем не менее 90 раз в день). А это значит, что примитивные меры по ограничению контактов в случае с коронавирусом работают.
«Как ни странно, – рассказывает мой собеседник, – примитивная маска является очень сильным и действенным средством защиты. Потому что препятствует контакту руки с лицом. А в целом – единственное, что может остановить COVID-19, – это изоляция».
Важнейшей особенностью коронавируса, по словам моих собеседников, является зависимость последствий заражения от масштаба этого заражения. Получил сто вирусов – переболел с лёгкими симптомами или бессимптомно. Получил тысячу – переболел серьёзно. Получил десять тысяч – ураганное развитие болезни и очень тяжёлое, угрожающее её протекание. Изоляция, недопущение контакта, социальное дистанцирование – всё это не герметично и гарантированной защиты не обеспечит. Но обеспечит резкое снижение последствий заражения, существенно повысит шансы на выживание.
Единственное, что может остановить COVID-19, – это изоляция. Фото: COVER Images / Globallookpress
Уникальный результат Китая, который сейчас обвиняют во всех смертных грехах – и не может же быть такого, чтобы в скученной стране с миллиардным населением эпидемия остановилась и практически закончилась такой малой кровью, – невозможно списать на мнимое официальное враньё. Всё просто, поясняют мне, китайцы реально послушные. Им сказали – и они заперлись в квартирах. Их не трепали постоянно меняющимися вводными, не посылали от одного чиновника к другому, просто мобилизовали. Мгновенно. А улицы Уханя принялись по три раза в день жёстко дезинфицировать. Всё.
Меры, принятые в Китае, – рассказывает доктор И., – обеспечили ещё один очень важный результат. Чем меньше контактов, чем меньше заболевших, чем меньше темпы роста заболеваемости – тем меньше мутаций. Чем больше контактов, тем больше заражённых, тем больше мутаций и тем больше риск повышения летальности, агрессивности течения болезни.
Все надежды «скептиков» во главе государств Европы рухнули – вместе с резким ростом количества жертв. В Великобритании, где Борис Джонсон отказывался вводить карантин и надеялся на то, что всё обойдётся само собой, не обошлось. Джонсон попал в реанимацию с коронавирусом, а в стране ввели режим самоизоляции.
Швеция, где до сих пор нет специальной системы контроля за коронавирусом, внезапно вышла (по темпам роста) в первые ряды, и уверенность идеологов естественного иммунитета зашаталась. Белоруссия – ну, об этом даже думать страшно, пока что там, несмотря на то что в больницах уже не хватает ни мест, ни материалов, а темпы роста цифр превысили среднеевпейские, продолжаются безумные разговоры о «психозе» и происках России. И всё это – на фоне кадров из США, Италии и Испании.
Коронавирус катастрофичен. И – что страшно – пределов для разрастания пандемии нет. Если коронавриусу помочь, то получится очень эффективный всадник для апокалиптического Бледного коня. Однако – об этом и был сегодняшний разговор – помешать ему тоже можно. Как это получилось у китайцев. И как может получиться у нас, с теми или иными издержками.
Мои собеседники не стали делать обязывающих прогнозов по ситуации в России. Говорят, что стоит подождать, пока пройдут 5-6 инкубационных периодов (это по 14 дней каждый). В принципе, пока что у нас остаётся шанс на замедление роста эпидемических показателей. Основания для этого есть – система здравоохранения, несмотря на все усилия оптимизаторов, оказалась недобитой. Пока справляется, и есть шансы, что будет справляться лучше.
Но есть и тревога. Первый источник тревожности – это мы все. Раздолбайское отношение к угрозе остаётся мейнстримом. Даже придерживаясь на словах принципов самоизоляции, мы не принимаем угрозу всерьёз. И власти вынуждены запугивать нас страшными кадрами нью-йоркских гробов или публичной… эмоциональной речью Анастасии Раковой и съёмками пробок на подъездах к больницам. И можно их в этом смысле понять.
Но вот чего нельзя понять – это когда они действуют по принципу «Ударим вздором по раздолбайству». Совершенно обоснованные и логичные меры самоизоляции тонут в огромном количестве панических решений, в суетливом введении в действие электронных пропусков (которые пока что только обрушили хороший сайт «Мосуслуги»), в подмене войны против коронавируса любимой забавой нашего чиновничества – травлей законопослушного населения.
В то время как главный вызов пандемии – это вызов для всего человеческого сообщества. Можно так сформулировать его: самоизолироваться, чтобы объединиться.